Я похлопала по песку ладошкой. Пес, как ни странно, замолчал, покрутился, поскреб песок лапами и лег.

О, а говорили — псих.

Я рисовала профиль одной ушастой египетской царицы и понимала — уведу. А что оставалось?

***

В свои одиннадцать я знала о смерти все. Нет, не так. Я и сейчас почти ничего не знаю о смерти. Только то, что она неотвратима и, если ты не успел вовремя, ничего уже не поправишь — не договоришь, не доделаешь, не вернешь. Покойники не просыпаются (тогда я не видела еще голливудских фильмов про зомби).

Я смотрела на пса. Он был такой красивый, такой большой, такой — живой…


Глория Му, «Вернуться по следам»